Круг сжимается,
узкий и тесный —
слышу я в предутренней рани,
хоть крещен я в купели небесной
и поток обточил мои грани,
хоть меня через реки и кручи
переправила,
пусть не без риска,
ветка дикой сирени и тучи
улыбались мне по-матерински.
С каждым днем,
с каждой ночью все ближе
этот круг,
нас за глотки хватая,
а когда-то для нас колосилась
нива тучная и золотая.
Голубиная юность хлестала
из меня и срывала ворота.
На дне смерти теперь вырастаю,
дикий сын своего народа.
Круг ножом рассекает,
раня,
срежет день он,
и ветер минет,
и просплю я время ваянья
с головою на карабине.
Занесенный событий порошей,
пополам разодранный кругом,
как гранату,
я голову брошу,
лихолетьем загнанный в угол, —
оттого что жилось несмело,
а смелел,
когда пахло кровью.
Гибну там,
где величье дела
неразумной любил любовью.
4 декабря 1943
перевод Бориса Слуцкого
Голубком с веткой дикой сирени
С гранчаком из купели небесной
В угол загнан тобой я, пра-ативный,
Круг сжимая свой узкий и тесный.
Оцените: