Мы вплыли в ночь – и снова ни уступки,
ответный смех отчаянье встречало.
Твое презренье было величаво,
моя обида – немощней голубки.
Мы выплыли, вдвоем в одной скорлупке.
Прощался с далью плач твой у причала,
И боль моя тебя не облегчала,
комочек сердца, жалостный и хрупкий.
Рассвет соединил нас, и с разгону
нас обдало студеной кровью талой,
разлитой по ночному небосклону.
И солнце ослепительное встало,
и снова жизнь коралловую крону
над мертвым моим сердцем распластала.
“Сонеты тёмной любви”, 1936
перевод Анатолия Гелескула
Маскулятина и маскулеж иногда порядком надоедают. Попробуем поэтесс пишущих “обо всем” и ни о чем.
...развернуть »
Это единственное о чем они знают хоть что-нибудь.
Оцените:
А я уже было распереживался и перебеспокоился! Но Кузмин с “Кларнетистом” и “Бессонная ночь”, посвященная
...развернуть »
Хуану Рамиресу де Лукасу, стали прямой инъекцией адреналина прямо в сердце закаленного борца за права юннатов (юных натуралов!), мужественного АмДедушки! После культурного шока, испытанного в процессе просмотра “Прикупа” и жутких галлюцинаций – лезущих в уши “Комбинаций” и настоящего казака Шуфутинского – он потихонечку возвращается в строй!
Александр! В качестве реабилитационных мероприятий по приведению нашего “анфантерибля” в “состояние нормального боя” (оп-па! термин из НСД, Наставления по стрелковому делу СА, в условиях борьбы кларнетистов за свои права приобретает совершенно другой смысл: нормальный boy – мужчино без латентных примесей!) предлагаю запостить несколько ярко выраженных мужских стихов!
Даёшь маскулёж!
Оцените:
Лирично и экспрессивно. Ну просто утренняя песнь кларнетиста после визита к М. Кузьмину…
Оцените:
Сонет, наконец-то! ура! живописный стих- сине-фиолетово черная ночь и коралловая крона рассвета. Учу наизусть!
Оцените:
Невероятно красиво! Даже не знаю с чем можно сравнить удовольствие читать Лорку в русской интерпретации
...развернуть »
Гелескула. Фантастическое сплетение метафор и ювелирный перевод!
.
Вся мощь огня, бесчувственного к стонам,
весь белый свет, одетый серой тенью,
тоска по небу, миру и мгновенью
и новый вал ударом многотонным.
.
Кровавый плач срывающимся тоном,
рука на струнах белого каленья
и одержимость, но без ослепленья,
и сердце в дар – на гнезда скорпионам.
.
Таков венец любви в жилище смуты,
где снишься наяву бессонной ранью
и сочтены последние минуты,
.
и несмотря на все мои старанья
ты вновь меня ведешь в поля цикуты
крутой дорогой горького познанья.
.
“Сонеты тёмной любви”, 1936
.
перевод Анатолия Гелескула
Оцените: