Если бы подобные стихотворения “проходили” в школе, желательно в начальных классах, возможно, было бы гораздо меньше так называемых сепаратистов, борцов за “услышьте нас” и прочего человеческого шлака. Предлагаю включить в школьную программу самые жесткие произведения Дегена, Гудзенко, Тихонова, Суркова. И Владимира Луговского, конечно:
.
Девушка моет волосы
.
По безлюдным улицам,
в час полночной мглы
Пролетают всадники,
как черные орлы.
Листья осыпаются,
норд течет рекой,-
Ты еще не видела
полночи такой.
Дымные составы
волокут мазут.
Дом.
Ты моешь волосы
в голубом тазу.
Пар и шелест пены
снуют над головой,
Сбоку ухмыляется
череп восковой.
От хребта оторван он,
выварен в котле,
Здесь ему просторно
на девичьем столе.
Дырка у надбровья,-
тут входила смерть,
Тут хлестала кровью
смерти круговерть.
У сосков нетронутых
дышит полотно,
Черный ветер фронта
грохает в окно.
Трубы пароходов,
кони на скаку,-
Интервенты входят
в пасмурный Баку.
И лежит расстрелянный,
темен и суров.
Нефть ручьями тяжкими
наполняет ров.
И везет казненного
тюркская арба
В морг,
где рассыхаются
желтые гроба.
Скальпель рассекает
ледяную грудь,
Кровь ведет из мрака
с вой последний путь.
Как стена ангара,
выгнулось ребро,
Яростное сердце
падает в ведро.
Влажный запах тела,
свист тугих волос…
Я хочу, чтоб череп
к позвонкам прирос!
Вот они сверкнули,
светлые глаза,
И в мозгу рванулась
бытия гроза.
Поворот вселенной,-
возвращенье вновь.
Синим светом молний
прокатилась кровь,
Над лесами вышек
развернул норд-ост
Полночь,
расцветающую,
как павлиний хвост.
И, перерастая
голосов прибой,
Выжимая волосы,
встает перед тобой
Женщина,
как облако
сбывшегося сна,
В ней будто лампа розовая
под кожей зажжена.
Но ты лежишь, товарищ,
на простом столе.
Море рассыпается,
двигаясь во мгле,
В город, кровью купленный,
где пятнадцать лет
По рукам студентов
бродит твой скелет.
Ты лежишь, товарищ,
на простом столе,
Море дымной славы
движется во мгле.
.
1936

Высокий рейтинг! Оцените: 6  0